В такой позе (ползающего младенца) меня и застал наш шеф — Виктор Алексеевич. Мужчина в свете лет: разведенный, богатый, высокий брюнет (без пивного животика), с проседью на висках, приятной улыбкой и бесенятами в смешливых глазах. Красавец, жаль не в моем вкусе.

Он взглядом оценил обстановку и усмехнувшись поздоровался, притворив за собой дверь кабинета.

— День добрый, дамочки!

"Дамочки" при виде директора приняли, насколько было возможно, достойный вид, сползли со столов в кресла, но настороженно смотрели под ноги и вокруг.

— Шнуркова, ты, что делаешь на полу? — изумился шеф, разглядывая меня с притаившимся в глазах смешком.

— Я… линзы ищу, — пробормотала первое попавшееся на ум.

— А-а-а, — протянул он с пониманием, — не знал, что носишь. Вы бы помогли товарищу по несчастью! — обратился Виктор Алексеевич к окружающим.

— Спасибо, я уже нашла…

— Да, Мария Сергеевна, вы мне отчет с утра обещали. Я жду.

— Хорошо, Виктор Алексеевич! Все готово, сейчас занесу, — засуетилась она и, подхватив нужную папку, с явным облегчением выскользнула в коридор.

Директор, как галантный кавалер, пропустил даму перед собой. И уже на выходе обернулся и бросил мне через плечо:

— Катя, я впервые вижу вас без штанов! Вам очень идет!

Он вышел, а нарастающий смех чуть не убил меня на месте. Девчонки расхохотались так, что к нам заглянул Усачков, наш программист, и с озабоченным видом спросил:

— У вас тут что? Именины?

— Да, какие именины! Катьке шеф комплимент отвесил, закачаешься! — повизгивая и похрюкивая, ответила Анька.

Но увидела мой кулак, вспомнила про крыса, и испуганно икнув, поспешила смыться с глаз.

Тут я увидела Рокфора и, подхватив беднягу, наконец, поднялась с пола. Посадила моего глупыша в сумку и выскочила в уборную.